CENTER FOR ECONOMIC RESEARCH

Азиатский банк развития в Узбекистане: углубление сотрудничества в преодолении пандемии

В этом году исполняется 25 лет сотрудничества АБР с Узбекистаном. Можно ли осветить наиболее яркие вехи и крупные проекты в истории этого сотрудничества? Появились ли какие-либо новые черты и особенности в сотрудничестве с началом нового этапа реформ в Узбекистане в 2017 году?

- Азиатский банк развития работает в Узбекистане с 1995 года. При этом мы остаемся ключевым партнером Узбекистана в области развития.

АБР внес вклад в строительство более 56 000 домов для сельских семей с низким или умеренным доходом. В рамках текущей программы мы помогаем в строительстве еще 14 500 домов.

АБР помог открыть и оборудовать 793 семейные поликлиники в сельской местности. Более 37 900 малых и средних предприятий (32% из которых управляются женщинами) получили коммерческие кредиты от участвующих в сотрудничестве с АБР финансовых учреждений.

В сфере энергетики АБР оказывает поддержку в строительстве парогазовых установок на Талимарджанской и Тахиаташской электростанциях и улучшении линий электропередачи. Он также помогает национальной электроэнергетической компании повысить свою финансовую устойчивость за счет установки автоматизированных систем учета.

АБР финансирует проекты автомобильных и железных дорог вдоль коридоров программы Центральноазиатского регионального экономического сотрудничества (ЦАРЭС).

В рамках Инвестиционной программы развития услуг водоснабжения и санитарии более 4800 домохозяйств были подключены к надежному водоснабжению и 170 000 человек получили доступ к качественным услугам канализации. В настоящее время АБР работает над обеспечением безопасной водой 388 000 жителей в 116 сельских населенных пунктах Каракалпакстана, расширением канализационной системы в городе Джизаке и строительством новой станции очистки питьевой воды в Ташкентской области. Мы также помогаем в расширении системы водоснабжения в Янгиюльском и Чиназском районах Ташкентской области, к которой получат доступ более 220 000 человек.

Более 3,2 миллиона человек в пяти регионах имеют возможность пользоваться ирригационной инфраструктурой, обеспечивающей водой сельскохозяйственные угодья. АБР также оказывает поддержку в диверсификации сельскохозяйственных культур и расширении участия частного сектора в производственно-сбытовых цепочках и инфраструктуре плодоовощеводства Узбекистана, а также в цепочках добавленной стоимости животноводства.

АБР поддерживает государственно-частное партнерство, в том числе проект солнечной энергетики в Сурхандарьинской области, модернизацию централизованного теплоснабжения и реконструкцию государственных школ в Ташкенте, а также улучшение инфраструктуры водоснабжения и канализации в Намангане.

В каждом из поддерживаемых нами проектов АБР тесно сотрудничает с правительством над укреплением системы экологических и социальных защитных мер Узбекистана, обеспечением соответствия международным практикам в области закупок, финансового управления и борьбы с коррупцией, а также гендерного равенства.

Реформы, начавшиеся в 2017 году, расширили наше сотрудничество с Узбекистаном. В настоящее время наша поддержка сочетается с консультациями по реформам больше, чем когда-либо. Узбекистан доверяет нам в оказании содействия в проведении реформ в сфере энергетики, автомобильных и железных дорог, водоснабжения и санитарии, утилизации твердых бытовых отходов, управления водными ресурсами и диверсификации сельского хозяйства, государственных финансов, развития рынков капитала и ипотечного кредитования.

Как Вы оцениваете Стратегию действий по приоритетным направлениям, принятую в 2017 году, по критериям и подходам Азиатского банка развития? Насколько она, на Ваш взгляд, соответствует решению проблем современного этапа экономического развития Узбекистана? Принимали ли эксперты АБР участие в ее разработке?

- Как Вы уже отметили, 3 года назад правительство начало комплексные, но очень амбициозные экономические реформы. Оно продемонстрировало свою приверженность этим реформам, приняв национальную Стратегию действий по пяти приоритетным направлениям развития Узбекистана в 2017-2021 годах. Хотя АБР не принимал непосредственного участия в разработке стратегии, АБР согласовал свою деятельность со сформулированными приоритетными направлениями.

- По каким принципам АБР отбирает проекты для предоставления займа?

- При планировании/составлении программ для наших проектов мы устанавливаем приоритетность новых проектов для суверенного финансирования (займы государству) на основе следующих нескольких критериев:

  • Потребности в развитии сектора.
  • Наша добавленная стоимость и возможности.
  • Потенциал освоения соответствующих министерств и ведомств по реализации проектов.
  • Ограничения правительства на внешние заимствования.
  • Готовность предложенных проектов к реализации.
  • Способы вовлечения в проект частного сектора.

Адаптация к изменению климата и смягчение его последствий являются ключевым приоритетом в программах АБР, и мы стараемся включить их в наши проекты. Например, мы планируем реализовать проект в области управления водными ресурсами, который повысит устойчивость к изменению климата. Также наша программа реформирования энергетического сектора предусматривает конкретные меры политики, направленные на сокращение выбросов и использование ископаемого топлива.

- АБР регулярно предоставляет Узбекистану займы для поддержки малых и средних предприятий. Расскажите об этом направлении подробнее.

- Относительно поддержки АБР в развитии МСП в Узбекистане. С 1996 года АБР оказывал поддержку МСП (а также микропредприятиям) в Узбекистане посредством пяти займов финансового посредничества, пяти проектов ТС по наращиванию потенциала и инвестиций в акционерный капитал банка «Ипак йули». Эти меры были сосредоточены на (i) развитии агропереработки для увеличения занятости в сельской местности, (ii) финансировании оборотного капитала и основных средств и (iii) повышении кредитоспособности и потенциала по оценке рисков участвующих финансовых учреждений/банков для обслуживания МСП. Эти проекты подчеркнули необходимость (i) участия в политическом диалоге для ускорения регуляторных, институциональных и финансовых реформ, необходимых для развития МСП, и (ii) наращивания потенциала участвующих финансовых институтов в оценке и надзоре за субпроектами, управлении кредитными рисками и раскрытии финансовой информации, а также в корпоративном управлении.

АБР помогает правительству в подготовке новой Программы развития малых и средних предприятий (МСП). Эта программа направлена на создание благоприятных условий для того, чтобы МСП стали катализаторами экономической диверсификации и создания рабочих мест с высокой добавленной стоимостью в соответствии с общей стратегией развития страны. Предлагаемая программа поможет создать упрощенную и гибкую нормативную политику и институциональную базу, диверсифицированные и доступные финансовые инструменты, цифровую инфраструктуру, квалифицированную рабочую силу, а также повысить финансовую грамотность и навыки МСП.

Год назад АБР принял пятилетнюю стратегию партнерства с Узбекистаном на 2019−2023 годы, направленную на содействие переходу к более инклюзивному и рыночному росту экономики. Расскажите, пожалуйста, подробнее об этой стратегии партнерства. Какие ее ключевые моменты? Чем она отличается от предыдущей? Чем была обусловлена необходимость ее принятия и насколько успешно она реализуется, особенно сейчас, в условиях вызовов пандемии?

- В соответствии с общей целью и графиком реформ в Узбекистане, АБР принял свою Стратегию партнерства с Узбекистаном на 2019–2023 годы, с темой поддержки Узбекистана в экономических преобразованиях. В рамках этого документа, определяющего стратегические рамки, АБР помогает Узбекистану в переходном периоде, предоставляя консультации по вопросам политики, инвестиций и содействия в развитии потенциала в трех стратегических областях: поддержка развития частного сектора; сокращение экономического и социального неравенства; содействие региональному сотрудничеству и интеграции. В отличие от предыдущей стратегии, мы приняли более конкретные страновые цели для нашей деятельности, усилив консультации по реформе политики и повысив полезность наукоемких и аналитических решений. Пока мы идем по пути достижения ожидаемых результатов стратегии к 2023 году. COVID-19 отрицательно сказывался на всех странах. Узбекистан не стал исключением. Однако правительство было последовательным на протяжении всей пандемии, подтверждая свою приверженность реформам. Точно так же АБР продолжает свои запланированные операции и поддержку реформ в условиях COVID-19.

Под влиянием пандемии

Пандемия оказывает весьма негативное влияние на экономическое развитие Узбекистана, как и многих других стран. Как Вы оцениваете (если можно, то в сравнении с другими странами) и меры, принимаемые правительством по минимизации ее последствий?

- COVID-19, низкий спрос и цены на экспортные товары сказались на экономике Узбекистана. Пандемия и вялый спрос на природный газ и медь практически остановили экономический рост. Необходимые ограничения замедлили деятельность в сфере услуг, транспорта и торговли. Секторы сельского хозяйства и строительства растут, что в некоторой степени компенсирует спад в промышленности. При этом не только Узбекистан переживает экономический спад и потерю рабочих мест. Однако власти Узбекистана принимают соответствующие меры для минимизации воздействия пандемии на экономику и снижение доходов людей.

На ранней стадии пандемии правительство создало Специальную республиканскую комиссию для мониторинга эпидемии и повышения осведомленности общественности, связи с международными организациями и странами, переживающими вспышки заболеваний, а также для расширения возможностей медицинских учреждений и закупки необходимых противовирусных лекарств и оборудования. Правительство опубликовало Национальный план стратегической готовности и реагирования в области здравоохранения. План направлен на: решение чрезвычайной ситуации, связанной с COVID-19, путем выявления, изоляции и оказания помощи пациентам с COVID-19 для минимизации распространения заболеваемости и смертности; усиление краткосрочного и долгосрочного потенциала системы здравоохранения по оказанию услуг интенсивной терапии; проведение эффективных кампаний по информированию общественности о том, как бороться с чрезвычайной ситуацией, связанной с COVID-19; расширение пособий по безработице для работников формального сектора; предоставление компаниям субсидий на оплату труда уволенных работников; расширение денежных переводов уязвимым домохозяйствам и лицам. Правительство создало Антикризисный фонд на сумму 1 млрд. долл. США и приняло меры в области здравоохранения, стабилизации экономики и социальной защиты.

Мы поддерживаем усилия правительства по минимизации негативного воздействия COVID-19 на здравоохранение и экономику. АБР предоставил бюджетную поддержку для антикризисных мер правительства и одобрил новый экстренный проект в сфере здравоохранения. Эти средства укрепляют потенциал системы здравоохранения, стабилизируют предпринимательство, чтобы минимизировать потерю рабочих мест, а также расширяют существующую сеть социальной защиты для поддержки домохозяйств с низкими доходами и уязвимых групп.

Каким Вы представляете развитие Узбекистана в региональном аспекте (Центральная Азия)? В каких формах сотрудничества Вы видите развитие отношений в этом направлении?

- Узбекистан является ключевым участником Программы Центральноазиатского регионального экономического сотрудничества (ЦАРЭС). При этом АБР выполняет функции секретариата ЦАРЭС. ЦАРЭС является активным координатором практических региональных проектов, ориентированных на результаты, и политических инициатив, имеющих важное значение для устойчивого экономического роста и общего процветания в регионе.

Программа ЦАРЭС направлена на поддержку социально-экономического развития в своих странах-членах посредством сотрудничества, основанного на всеобъемлющем видении «Хорошие соседи, хорошие партнеры и хорошие перспективы». Стратегия ЦАРЭС-2030 направлена на расширение горизонтов экономического сотрудничества в регионе за счет улучшения взаимосвязанности между людьми, мерами политики и проектами для совместного и устойчивого развития.

ЦАРЭС-2030 фокусируется на пяти операционных кластерах: (i) экономическая и финансовая стабильность; (ii) торговля, туризм и экономические коридоры; (iii) инфраструктура и экономическая взаимосвязанность; (iv) сельскохозяйственная вода; (v) человеческое развитие. Интеграция использования информационных и коммуникационных технологий в операциях ЦАРЭС также была определена как особый приоритет. У стран ЦАРЭС есть беспрецедентная возможность стать центром торговли и коммерции, достичь более высоких уровней экономического роста и сократить бедность. Эти перспективы тесно связаны с более широкими, глобальными тенденциями, не в последнюю очередь с реинтеграцией евразийского континента, которая является частью реального и растущего спроса на улучшение связей между Европой и Азией.

Вспышка коронавирусного заболевания (COVID-19) создала серьезные местные, региональные и глобальные экономические проблемы. В то время как важно не недооценивать трудности, которые представляет COVID-19, в то же время кризис предоставляет беспрецедентные стимулы для стран-членов ЦАРЭС для улучшения координации, сокращения затрат для производителей и потребителей и увеличения налогооблагаемых доходов.

25 июня Совет директоров Азиатского банка развития одобрил выделение Узбекистану 500 млндолларов США в целях смягчения негативного влияния коронавирусной пандемии на экономику страны. Расскажите, пожалуйста, об этом подробнее. На какие именно цели будут направляться эти средства? И сколько всего инвестиций и в какие секторы экономики Узбекистана АБР планирует вложить в 2020 году?

- Я выше уже упомянула об этом займе для поддержки бюджета. 13 апреля АБР одобрил пакет помощи в размере 20 млрд. долл. США для своих стран-членов в рамках Мер по реагированию на пандемию COVID-19, чтобы помочь странам справиться с пандемией COVID-19 и смягчить его социально-экономические последствия.

В рамках этого пакета помощи АБР одобрил заем для Узбекистана в размере 500 млн. долл. США, что продемонстрировало твердое намерение АБР тесно сотрудничать со страной в борьбе с пандемией.

Основная цель – предоставить правительству Узбекистана бюджетную поддержку для своевременного и эффективного смягчения негативных последствий пандемии COVID-19 для здравоохранения, экономики и общества. Целью Программы является оказание содействия в финансировании антикризисных мер по укреплению потенциала системы здравоохранения, стабилизации предпринимательства для минимизации потери рабочих мест и расширению существующих мер социальной защиты для поддержки домохозяйств с низкими доходами и уязвимых групп.

Одним из важных компонентов помощи АБР является поддержка правительственного плана реагирования в области здравоохранения, направленного на повышение потенциала сектора здравоохранения Узбекистана, который также включает надбавки к заработной плате в виде выплат за работу в опасных условиях медицинским работникам, непосредственно пострадавшим от COVID-19.

В 2020 году наши другие новые проекты относятся к таким стратегическим направлениям, как энергетика, транспорт, финансы и здравоохранение.

В июне АБР прогнозировал рост экономики Узбекистана в 2020 году на 1,5%, а уже в сентябре прогноз этого показателя был снижен до 0,5%. Однако сентябрьский прогноз предполагает, что в 2021 году ВВП вырастет до 6,5%, что соответствует июньскому прогнозу. Чем было обусловлено снижение прогноза на текущий год и какие факторы позволяют ожидать столь динамичного роста экономики Узбекистана в будущем году?

- Экономические данные за первое полугодие указали на более серьезное воздействие пандемии и связанных с ней ограничений на экономику, чем мы ожидали. В результате мы пересмотрели прогноз роста на 2020 год в сторону понижения. Ограничения в сочетании с низким спросом и ценами на углеводороды практически остановили рост, при этом больше всего пострадали промышленность и услуги. При прогнозировании роста на 2021 год мы учитывали пакет фискальных стимулов, ослабление ограничений в августе и усилия по восстановлению полной производственной мощности предприятий, особенно государственных, к концу 2020 года. Кроме того, мы учли низкую базу ВВП в этом году и ожидаемое восстановление промышленности и услуг в наших прогнозах роста на следующий год. Мы продолжаем отслеживать экономические показатели и соответственно скорректируем наши прогнозы.

В ходе видеоинтервью, комментируя принятый правительством Узбекистана План практических действий по восстановлению экономического роста и продолжению реформ на 2020-2021 годы, Вы заявили о готовности банка продолжать поддержку экономики Узбекистана и ее восстановления в период после окончания пандемии. Какие конкретные проекты предполагаются в этом направлении?

- На следующие три года мы запланировали проекты в сфере развития навыков, народного образования, развития малого и среднего предпринимательства, развития финансовых рынков, энергетики, транспорта, управления водными ресурсами, водоснабжения и санитарии, городского развития и здравоохранения. Инфраструктурные проекты улучшают жизнь граждан и создают благоприятную среду для развития частного сектора, способствуя экономическому росту. Проекты развития навыков малого и среднего предпринимательства и развития финансовых рынков направлены на непосредственное ускорение корректировок в экономике с учетом ситуации с COVID-19.

Как Вы оцениваете текущее положение мировой экономики на фоне пандемии коронавируса (COVID-19)? Какие страны, в которых работает АБР, пострадали в большей степени от пандемии, а какие в меньшей? И насколько сокращение мировой экономики и экономик торгово-экономических партнеров Узбекистана может препятствовать восстановительным процессам в узбекской экономике?

- Мы видим резкий спад в мировой экономике, но в следующем году она, скорее всего, восстановится. Экономика стран еврозоны сократилась на 14,7%, по сравнению с прошлым годом, а экономика США - на 9,1%. Темпы роста в развивающихся странах Азии также резко упали, и в нескольких странах региона зафиксировано квартальное сокращение впервые после азиатского финансового кризиса 1997–1998 годов. Признаки достижения дна появились по мере улучшения основных экономических показателей, хотя в большинстве стран они по-прежнему ниже значений, которые были до пандемии. Уверенность потребителей и инвесторов в регионе остается подавленной. Инфляция в развивающихся странах Азии сдерживается падением спроса и снижением цен на продукты питания.

Согласно сентябрьскому обновлению «Обзора азиатского развития» (Asian Development Outlook) АБР, странами с самым низким ростом ВВП в 2020 году в Азиатско-Тихоокеанском регионе являются Мальдивы (-20,5%), Фиджи (-19,8%) и Кыргызская Республика (-10,00%). Но странами с самыми высокими темпами роста ВВП в этом году стали Бангладеш (5,2%), Туркменистан (3,2%) и Бутан (2,4%).

Узбекистан особенно уязвим перед пандемией COVID-19 из-за сбоев в глобальной цепочке поставок и связанных с пандемией ограничений, поскольку он извлекает выгоду из положения в качестве регионального торгового и коммерческого хаба. Также существует большое количество международных путешественников и трудовых мигрантов, работающих за границей, особенно в Российской Федерации и Казахстане. Затяжная глобальная пандемия будет и дальше влиять на экономику Узбекистана, но правительство, как я уже отмечала, принимает меры по снижению негативного воздействия пандемии на экономику и здоровье.

Как скоро, на Ваш взгляд, глобальная экономика сможет восстановиться?

- Думаю, никто не может ответить на этот вопрос. В мире идет вторая волна COVID-19, и мы не знаем, когда она закончится. Восстановление экономики зависит от многих факторов - окончания пандемии, ее интенсивности, того, как правительства будут бороться со второй волной (введут ли они снова ограничения или иные меры), а также появления вакцин и их доступности.

Зиёда Ризаева, Виктор Абатуров, ЦЭИР

Экономическое обозрение №10 (250) 2020

...
Leonid Polishchuk, Deputy Director, IRIS Center, University of Maryland, USA

"Indeed, CER is a “collective resource” for donors and international development agencies in Uzbekistan. The Center maintains strong leadership among public policy analysis units. It has reached organizational maturity and accumulated valuable professional and institutional assets, including strong reputation, trust and credibility with stakeholders, good outreach channels, capable team of policy analysts, and necessary project management expertise."